О жизни настоятеля Никольского храма села Чуевка (ныне п. Добринка) протоиерее Николае Добросердове рассказали добринским школьникам

17 ноября 2016 года благочинный Добринского церковного округа протоиерей Александр Адоньев и помощник благочинного А. С. Макашова посетили классный час в 11 классе школы №2 поселка, посвященный новомученикам и исповедникам Российским.

В своем выступлении отец Александр отметил, что в истории Вселенской Церкви никогда не было таких масштабных гонений на христиан, как в России середины XX века. Советская власть с первых дней своего существования поставила задачу полностью уничтожить Русскую Православную Церковь вместе со всеми ее верными чадами.

За годы гонений было замучено, злодейски убито и сослано в концентрационные лагеря неисчислимое множество верующих: мирян, монахов, священников, архиереев, единственной виной которых оказалась верность Богу в твердом исповедании православной веры.

Помощник благочинного по религиозному образованию Анна Семеновна Макашова представила вниманию ребят презентацию о новомучениках липецкой земли, среди которых – сщмч. Уар, епископ Липецкий и протоиерей Николай Добротворцев, настоятеле Никольского храма села Чуевка (ныне п. Добринка).

Особенно подробно Анна Семеновна остановилась на жизнеописании протоиерея Николая, отметив, что новый храм п. Добринка в честь святителя Николая построен в непосредственной близости от полностью разрушенной Никольской церкви, где служил в начале прошлого века отец Николай, жизнь которого является примером самоотверженного служения Богу.

Протоиерей Николай Добротворцев родился 11 ноября 1860 года в селе Борисовка Лебедянского уезда (ныне – Добровского района Липецкой области) в благочестивой семье настоятеля Казанского храма Иоанна Добротворцева.

В 1879 году Николай закончил четырехклассное духовное училище и, успешно сдав экзамены, поступил в Тамбовскую духовную семинарию, где его любимыми предметами были нравственное богословие и греческий язык.

К окончанию семинарии, отлично зная Священное Писание, он стал превосходным проповедником. В 1888 году молодой псаломщик женился на девице Анне Любвиной, младшей дочери настоятеля Никольского храма села Чуевка (ныне – районный центр Добринка) Гавриила Климентовича Любвина и был рукоположен в сан иерея, став вскоре, по выходу отца Гавриила в связи с возрастом за штат, настоятелем храма.

Молодой ревностный настоятель особую любовь имел к совершению богослужений, духовному просвещению прихожан и обучению детей.

На снимке: Никольский храм с. Чуевка (ныне п. Добринка ) в начале 20 века

В голодные 1891-1892 годы, бедственные для России, отец Николай, по слову Апостола, «сделался всем для всех»: с одними скорбел, с другими радовался о Господе, одних научал, другим помогал, а всех вообще – любил, наставляя паству на путь милосердия и покаяния.

В 1893 года в церковной сторожке отцом Николаем была открыта двухклассная школа грамоты. Первыми учениками были 8 мальчиков и 2 девочки – дети крестьян и солдат. Милостью Божией и убеждениями отца Николая богатый купец Василий Дмитриевич Федоров стал благодетелем прихода. Он подарил Никольскому храму добротное двухэтажное здание для размещения в нем церковно-приходской школы. Количество книг в школьной библиотеке насчитывало 331 экземпляр.

У отца Николая и матушки Анны родилось пятеро детей: два сына и три дочери, которых родители воспитывали в православной вере. И они выросли достойными людьми. Старожилы Чуевки тепло вспоминали дочерей батюшки: Ольгу, Веру и Софию, посвятивших себя делу народного образования.

Отец Николай любил нашу Родину – матушку Россию. Его имя есть в списке жертвователей, которые в 1904 году внесли деньги на поддержку русской армии в войне с Японией. Это было время молитвенного подъема православных людей.

На проповедях батюшка разъяснял прихожанам: половцы, татаро-монголы приходили разорять нашу Отчизну с востока, и чтобы защитить ее, надо укрепить Дальний Восток, ради чего и сражались русские войска. По окончании Божественной Литургии отец Николай постоянно совершал молебное пение о даровании победы, для уходящих на войну односельчан он служил напутственные молебны с водосвятием.

Отца Николая очень беспокоила угроза нового Смутного времени, и его опасения были не напрасными. Российскую империю захлестнула волна политических убийств. В городах – забастовки, в селах – бунты крестьян. Даже в Тамбовской духовной семинарии в 1905 году начались волнения, вылившиеся в избиение преподавателей и бессмысленное уничтожение семинарского имущества. Одним из зачинщиков был племянник отца Николая – Александр Воронский.

Во время их последней встречи дядя-священник снова пытался убедить бунтовщика, что Бог дал древний закон жизни: в поте лица добывайте хлеб себе, плодитесь, наполняйте землю. В этом закон и пророки, этим все держится. Кто преступает этот закон, тот испытывает несчастия, становится отступником, несет кару и гибнет, ибо он мешает жизни. Поэтому революции бессмысленны, они ничего не созидают, несут лишь разрушения и смерть. Племянник возразил, что самодержавие – это гора, через которую революционеры обязательно пробьют туннель.

… Та же самая…», - ответил священник, будучи убежден: не могут люди, не покаявшись в грехах, не избавившись от пороков, построить новую счастливую жизнь. А путь духовного совершенствования долог и нелегок, и его нельзя пройти, отрекшись от Бога. Александр не услышал наставлений батюшки…

Наступил 1917 год, и произошло то, о чем предостерегал отец Николай: «Ум без веры в Бога – ничто». Равнодушно воспринял народ весть о чудовищном злодеянии – убийстве Помазанника Божия – Государя Императора Николая Второго и всей Царственной семьи. Начались жесточайшие гонения на Православную Церковь. А потом аресты, расстрелы, страшный голод, издевательства новой власти обрушились на весь русский народ.

Были в те годы священнослужители, которые из страха перед безбожниками отреклись от Православной веры, от Бога, чтобы спасти свою жизнь. Отец Николай остался со своими прихожанами, готовый перенести любые страдания и умереть за Господа.

В эти лютые времена его проповеди были исполнены силы Евангельского слова. Он неутомимо говорил о подвиге молитвенном и жертвенном, о том, что Господь ждет от православных христиан покаяния, братской самоотверженной любви.

Люди, пострадавшие от большевиков, находили в храме у отца Николая утешение и поддержку. И не только духовную. Из рассказов старожилов известно, что приход снял квартиру для благочестивой прихожанки Екатерины Строковой, у которой после революции отняли магазин и другую собственность, мужа сослали, а ее с четырьмя маленькими детьми выгнали из собственного дома на улицу.

Дошла до наших дней и история другого раскулаченного комбедом прихожанина – Павла Шибаева, также нашедшего поддержку в храме у батюшки.

Жизнь отца Николая в этот период напоминала хождение по канату над глубокой пропастью. Прихожане, опасаясь за жизнь батюшки, не передавали разговоров, которые велись в узком кругу. Но в 1923 году отца Николая арестовали в первый раз прямо в храме во время богослужения «за участие в контрреволюционной церковной группе».

Это была обычная практика тех лет – посадить в камеру предварительного заключения человека из «чуждого сословия» и попытаться под давлением выжать у него сведения о заговоре против советской власти. Получится – посадят, или даже расстреляют, не получится – отпустят, не сняв с человека ярлыка «враг народа». Доказательств контрреволюционной деятельности батюшки найти не удалось, и его освободили.

Выйдя на волю, отец Николай старался как можно больше успеть сделать для церкви, и пока благодетелей не раскулачили и не выслали, занимался ремонтом храма.

Шел 1930 год. Началось беспощадное уничтожение русского крестьянства. Не миновали этой страшной участи и «чуждые» сословия. 70-летний настоятель Никольского храма попал под молот раскулачивания. У батюшки отняли дом и имущество, а его с матушкой выгнали на улицу. И пошли они, куда глаза глядят…

Это было потрясением для всех прихожан, которые очень уважали и любили своего настоятеля. Настоящий духовный подъем был у них от того, что батюшку это не сломило. После такой жестокой расправы он продолжил свое многолетнее служение в Никольском храме.

«Когда я увидел батюшку, – вспоминает житель Добринки В. В. Логунов, – то был поражен. Без жилья остался, без имущества, но все такой же спокойный и доброжелательный, как и прежде. Держался с достоинством…»

Бесчеловечность властей тяжело отразилась на здоровье матушки Анны. Через несколько месяцев после изгнания из дома и скитания по квартирам она скончалась 3 марта 1931 от инсульта. Велико горе потерять человека, с которым прожиты многие счастливые годы! Но батюшка стойко выдержал и это испытание. Он по-прежнему делал все, чтобы спасти души своих прихожан от жестокости и сатанинской ненависти новой власти.

Летом 1933 года Никольский храм, не объявляя об этом официально, фактически закрыли. По распоряжению властей его превратили в склад для хранения зерна. Людям говорили – временно. Церковь до самого алтаря постоянно заполняли зерном. Но замок висел лишь на главном входе. Маленькая боковая пристроечка оставалась свободной. Здесь-то и продолжал служить отец Николай. Для верующих эти годы стали испытанием их терпения, преданности Богу, и примером для них всегда был их батюшка.

На Рождество Христово, на Крещение и на Пасху отец Николай с певчими служил в домах прихожан, и люди, несмотря на все невзгоды, укреплялись в Православной вере.

– Его все в Чуевке любили, – рассказывает старейшая прихожанка О. Н. Логинова. – Потому что это был настоящий батюшка. Никогда не сдавался.

Сегодня мало кто знает, чем грозили молебны на дому. Узнай о них органы НКВД, то могли расстрелять священника без суда и следствия.

Отец Николай не сдался и после того, как в марте 1927 года вышел циркуляр НКВД №96/16, согласно которому все богослужебные предметы должны были постоянно находиться в храме. Хождение с иконами по селу не допускалось. Крестные ходы запрещались. Но в Чуевке крестные ходы продолжались. Последний состоялся летом 1931 или 1932 года. Каким образом удалось его провести, остается загадкой. Молебны в домах прихожан батюшка служил почти до самого своего ареста в 1938 году.

1 сентября 1936 года страшное горе обрушилось на православных христиан Чуевки: в этот день началось разрушение Никольского храма. Сотни прихожан во главе с настоятелем пришли его защищать. Батюшка ходил вокруг церкви и молился, чтобы безбожники одумались. Даже ярые атеисты не осмеливались в присутствии священника святотатствовать.

Грубый окрик убраться прочь на него не подействовал. Тогда по приказу начальника отделения НКВД отца Николая схватили и, избивая, потащили к милицейской машине. Верующие окружили храм, не давая выносить иконы. Люди бросались под колеса автомашин. Милиция заталкивала их в «воронок» и увозила. Прихожан оттеснили от храма, и уничтожили все благолепие дома Божия. От церкви остались только стены. После ремонта там разместили среднюю школу.

На Страстной неделе в Великую Пятницу в этой школе активисты-безбожники, которые выносили из храма богослужебные книги и жгли их, устроили антирелигиозный вечер, пели и плясали до упаду. А еще показали сатирическую «сценку» про Господа нашего Иисуса Христа, в которой больше всех плясал и кривлялся «исполнитель главной роли» – сын одного из самых благочестивых прихожан «Алеши – святого человека», ходившего в голодные годы по домам и помогавшего нуждающимся односельчанам. Как же плакал отец, узнав о кощунстве сына!

После уничтожения Никольского храма в Чуевке стали происходить странные события. Мужик, который вытащил из церкви Плащаницу и волок ее по грязи, упал в лужу и захлебнулся. У того, кто командовал уничтожением храма, кровь пошла горлом, и медицина оказалась бессильна помочь.

Все, игравшие в Великую Пятницу в богомерзкой сценке, вдруг одновременно заболели скоротечной чахоткой и умерли. Врачи лишь разводили руками. Богобоязненный, глубоко верующий «Алеша – святой человек» больше всего скорбел о том, что его сын умрет без покаяния. На коленях стоял перед ним и просил: «Покайся, родимый!» Тот вначале упирался, но потом согласился. Батюшка Николай, придя в дом по просьбе отца, долго исповедовал, потом причастил умирающего, который вскоре с миром отошел ко Господу.

Грянул 1937 год. На места поступали разнарядки, сколько враждебно настроенных к советской власти элементов расстрелять, сколько направить в лагеря. При невыполнении «контрольных цифр» руководители сами могли попасть под расстрельную статью за сочувствие врагам народа. Не желающий предавать Господа и пресмыкаться перед коммунистами, отец Николай давно уже находился под подозрением у органов НКВД.

Батюшку арестовали 2 января 1938 года, не имея против него ни одной существенной улики. В этот же день его доставили в тюрьму г. Борисоглебска. Обычно такому аресту предшествовал донос. Но в архивно-следственном деле нет заявления на отца Николая. Есть лишь заявление на дьякона, который вместе с батюшкой служил молебны в домах прихожан. Тем не менее, вместе с дьяконом арестовали и настоятеля храма.

Допрашивали его спустя два дня после ареста, 4 января 1938 года. Не имея заявления на отца Николая, сотрудник НКВД требовал от него признания в контрреволюционной агитации. Батюшка держался с достоинством, признал свои подслушанные секретными агентами слова о том, что при большевиках начался страшный голод.

Сотрудник НКВД не единственный допрашивал священника в этот день. Свои вопросы были к батюшке и у сержанта госбезопасности. Настоятель храма чувствовал себя плохо, был очень слаб, но в душе – спокойствие и безграничная вера в Бога. Не желая лгать и унижаться, отец Николай прямо сказал следователю: «Запишите. Да, я ненавижу партию и советскую власть. Хочу сказать только, что, проводя агитацию против советской власти, я надеялся на ее свержение, на восстановление не только тех благополучий, которыми пользовалось духовенство при Царском правительстве, но и на восстановление власти Царя».

Уже после допроса священника срочно нашли четырех лжесвидетелей. Ими согласились стать партийная активистка из Добринки с мужем, служащий райисполкома и крестьянин из Ново-Петровки. Они-то и дали под диктовку показания, которые стали основой обвинительного приговора.

Батюшка не отрекся от Господа, от Государя Николая Александровича, никого не предал, не назвал ни одного имени тех, кто разделял его взгляды, и мужественно взошел на свою Голгофу. Приговор тройки Управления НКВД Воронежской области от 9 января 1938 года гласил: священника Добротворцева Николая Ивановича, раскулаченного в 1930 году, до ареста бродячего попа – РАССТРЕЛЯТЬ. Он и не ждал ничего иного от слуг сатаны.

Последний настоятель Никольского храма села Чуевка протоиерей Николай Добротворцев принял мученическую кончину у селения Чигорак, неподалеку от Борисоглебска. Именно в это место свозили для расстрела священнослужителей со всей Тамбовской губернии. В концлагере их держали вместе с взятыми в заложники мирянами, подвергая невероятным мучениям. Из рассказов очевидцев известны случаи, когда арестованным, чтобы они больше мучились, срезали пятки и водили их босыми по снегу до тех пор, пока кожа не сползала со ступней до кости.

27 января 1938 года на территории концлагеря близ селения Чигорак расстреляли и закопали в общей могиле 78-летнего протоиерея Николая Добротворцева, как и тысячи других невинно убиенных православных христиан.

Жарким летом 1946 год пастухи обратили внимание на ярко-зеленое пятно сочной травы неподалеку от Матрюшкиной горы. Осмотрели это место и обнаружили появление святого источника. Вода, размыв землю, обнажила корни дуба, и стекала по ним, напоминая ручьи слез. Словно это были не корни дуба, а лицо человека, который плачет по убиенным мученикам. К целебному источнику люди стали приезжать за водой, и благодатью Божией она исцеляет многие недуги и болезни душевные и телесные.

В 2002 году над местом массовых расстрелов священнослужителей, на вершине Матрюшкиной горы был установлен Поклонный крест, чуть поодаль построена часовня во имя Новомучеников Российских, убиенных в годину гонений за веру Христову.

А в Борисоглебской тюрьме, куда 2 января 1938 года привезли отца Николая на смерть, спустя десятилетия была устроена молельная комната. В 2006 году здесь произошло чудо мироточения от частицы мощей святителя Митрофана Воронежского. Это знамение, по общему мнению, Бог явил в прославление святых новомучеников, находившихся здесь в заточении и принявших смерть за Господа нашего Иисуса Христа.

Преподаватель истории и основ православной культуры Басов Владимир Федорович, подводя итоги беседы сказал, что подрастающее поколение должно знать историю своей страны, помнить о подвиге предков, которые отдали свои жизни за Христа, но не отреклись от веры и быть достойными их памяти.

Фото протоиерея Александра Адоньева