Доклад митрополита Липецкого и Задонского Арсения на заседании круглого стола «Монашеские добродетели как средоточие монашеского подвига»

Ваши Высокопреосвященства, Преосвященства,
досточтимые Владыки, отцы, наместники, игумены,
матушки настоятельницы,
братья и сестры!

Святые отцы и учители Церкви свидетельствовали и говорят до настоящего времени, что монашество как особый род служения Богу ведет свое начало от времен апостольских и даже ранее, приводя в пример святого Пророка, Предтечу и Крестителя Господня Иоанна. Об этом также говорил и наш соотечественник святитель Феофан Затворник: «Святой Предтеча был первый пустыни житель по Рождестве Христовом. Все последующие пустынники шли уж по его следам, его примером воодушевляясь и его правилам подражая»[1].

Если об этом так думал святитель Феофан, то, по-видимому, он основывал свое мнение на высказывании святителя Иоанна Златоуста: «Некогда в раю существовало девство, и от змея растлело; посему в средние времена его не видно было; когда же пришел родившийся от Девы Иисус Христос, тогда оно снова явилось»[2]. Состояние девства не новое в домостроительстве Божием, – это возвращение на земле к жизни прародителей в Раю насколько это возможно – восстановление утерянного ими блаженства непрестанного общения с Богом.

Другой чистейший образец девства явила Своей жизнью Преблагословенная Дева Мария, Которая в своем явлении нашим соотечественницам – дивеевским сестрам – назвала себя первой Монахиней (Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря). В трудах святителя Филарета Московского есть подтверждение этого выражения: «Первая Дева Божия есть Преблагословенная Мария. В непорочности младенческой, быв посвящена Богу на всегдашнюю чистоту, Она сделалась навсегда непоколебимым основанием Ангельской на земле жизни»[3].

Подражая Христу и Его Преблагословенной Матери, многие мужи и жены разных времен и веков, начиная от святых апостолов Иоанна Богослова, Иакова, Павла, Марка, жен мироносиц последовали этим путем.

Первое указание на непосредственное служение женщин Христу встречается у евангелистов Матфея и Марка: «…Многие женщины <…> следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему; между ними были Мария Магдалина и Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сынов Зеведеевых» (Мф. 27:55–56; см. Мк. 15:40–41). Слово «служили» может пониматься в разном значении: жены могли служить своим имением, то есть помогать материально, оказывать помощь приготовлением пищи, предоставлением жилища, как в случае с Марфой, которая «приняла Его в дом свой» и «заботилась о большом угощении» (Лк. 10:38,40), о чем говорит апостол Лука. А Иоанн Богослов говорит о том, что в Вифании «приготовили Ему вечерю, и Марфа служила» (Ин. 12:2).

Об участии женщин в жизни христианских общин свидетельствуют апостольские послания, в которых упоминается немало имен женщин, вероятно, игравших заметную роль в жизни раннехристианских общин: Тавифа (Деян. 9:36–43) и Мария (Деян. 12:12–13), Мариам (Рим. 16:6), Фива (Рим. 16:1–2), Трифена и Трифоса (Рим. 16:12), Еводия и Синтихия (Флп. 4:2), Апфия (Флм. 1:2), Хлоя (1 Кор. 1:11) и другие, услышавшие призыв Христа к духовному совершенству: «…если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (Мф. 19:21).

Опытно вкусив благости нераздельного служения Богу, апостол Павел писал о преимуществе девства: «…незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтобы быть святою и телом и духом; а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу» (1 Кор. 7:34), при этом, советуя вступать в брак только немощным духом во избежание греха (см.: 1 Кор. 7:8). Апостол не боялся, что эти слова станут преткновением к продолжению человеческого рода, понимая, что его советом воспользуются только немногие.

Да и сами условия первых веков христианства побуждали искать не кратковременных наслаждений мира сего, а помышлять о горнем. Так, со времен апостольских в Церкви являлись чистые девственницы, проводившие жизнь в молитве и воздержании.

Пламенея любовию ко Христу, девы – обыкновенно бывали и первыми мученицами за Него, в связи с чем – в первые века христианства иноческая жизнь не получила определенного устройства, но как семя, готовилось произрастить колос.  

Описывая в самых возвышенных чертах славу и высоту безбрачного целомудрия, святые Отцы свидетельствуют о распространении подобного произвольного подвига среди христиан уже в первые века евангельского благовестия. Так, святой мученик Иустин Философ замечает: «И есть много мужчин и женщин, лет шестидесяти и семидесяти, которые из детства сделавшись учениками Христовыми, живут в девстве; и я готов указать таких из всякого народа»[4].

Одно из наиболее ранних упоминаний о некоем женском служении в христианских общинах содержится в 96 письме (111-113 гг.) Плиния Младшего, управлявшего Вифанией, к императору Трояну: «…счел я необходимым под пыткой допросить двух рабынь, называвшихся служительницами», – предположительно, речь идет о диакониссах.

В целом в период первых веков христианства выделяется несколько женских крупных групп, обладавших особенностями пророчиц, стариц, вдов, диаконисс и дев, что впоследствии привело их к внутрицерковной соорганизованности.

В житии преподобномученицы Евдокии говорится о том, что она около 160 года приняла мученичество за Христа, являясь в последние 56 лет игуменией одного из монастырей (свт. Димитрий Ростовский).

«Лавсаик» преподобного Палладия, составленный в конце IV – начале V вв., свидетельствует, что к этому времени женское монашество на Востоке было уже достаточно распространенным.

Подобно мужам святые жены достигали высокой степени подвижничества, показывали изумительные примеры самоотверженности и сподоблялись великих даров благодати.

Рассадником женского иноческого подвижничества, как и мужского, стала Египетская пустыня, о чем пишет святитель Иоанн Златоуст: «В начале христианства в стране Египетской является чудное воинство Христово, ведущее образ жизни, свойственный лишь горним силам; и является оно не только в мужах, но и женах, которые не менее мужей любомудрствуют. Как великие подвижницы, они вступают в брань духовную с диаволом и властями тьмы; естественная слабость их вовсе не служит к тому препятствием. Если они не обладают крепостью сил, то, как бы взамен того, одарены более живым чувством и восприимчивостью»[5].

К состоянию девства и монашества можно было прийти не только из благочестивой семьи. При поступлении в монастырь главное значение имело раскаяние в прежде неблаговидной жизни и неутомимое желание жить впредь по законам христианской чистоты, аскетизма и целомудрия. Самый яркий пример стяжания святости явили нам всеми известные святые преподобные Мария Египетская, Таисия и Пелагея.

С большой заботой окормлялись женские обители преподобными отцами. Пахомий Великий ввел в женских монастырях те же правила и одежду, что и в мужских. Монахини стригли волосы и покрывали голову клобуком, скрывающим также и плечи. Между молитвой женщины занимались рукоделием и хозяйством. Существовал особый регламент входа в женский монастырь для монахов-мужчин. Если у кого-то из них в монастыре была сестра или мать, то они могли войти туда только в сопровождении опытного старца, а разговаривать с родственницей – только в присутствии старицы и настоятельницы. Было запрещено преподносить подарки, вести беседы о мирских вещах.

Когда инокиням требовалась мужская помощь по хозяйству или строительству, то помощников приводил самый почтенный инок. Пребывая в женском монастыре, приглашенные не имели права ни есть, ни пить, и строго в назначенный час должны были вернуться в свою обитель.  

Для совершения Богослужений в монастырь приходили священник и диакон только по воскресным дням. В редких случаях настоятелями женских обителей могли быть старцы, победившие в себе страсти[6].

Святитель Афанасий Великий заботясь о духовном состоянии монашествующих дев, писал: «Да будет всегдашним занятием твоим упражнение в Священном Писании. Имей Псалтирь и учи псалмы. Восходящее солнце да видит в руках твоих книгу, и по третьему часу посещай церковное собрание, в шестом часу совершай молитву с псалмами, плачем и прошением, ибо в сей час Сын Божий был повешен на кресте; в девятом часу в пениях и славословии умоляй Бога, ибо в сей час Господь, вися на Кресте, предал дух свой Богу. Вставай в полночь и воспевай Господа Бога твоего, ибо в оный час Господь наш восстал из мертвых и воспел Отца. …Если сидишь за трапезой с девами, то вкушай с ними все предложенное. Ибо когда ты не будешь есть, то будут думать, что ты осуждаешь их»[7].

Самая известная из монашествующих жен преподобная Синклитикия, познавшая опытно тонкости иноческой жизни, в IV веке писала: «Если ты живешь в общежитии (киновии), то не переменяй места, иначе выйдет из того большой вред для тебя. Если птица слетает с яиц, они делаются болтнями и бесплодными; так и монах или дева, если переходит с места на место, охладевает и умирает для веры. …Живя в киновии, мы должны предпочитать послушание подвижничеству, – последнее располагает к высокомерию, а первое к смирению. …Мы должны с рассуждением управлять своей душой. Так как живем мы в киновии, то не надобно нам приобретать собственность и не надобно служить своей воле; мы, как бы ссылая себя, предали все по вере духовному отцу, отреклись от всего мирского, не должны искать того, откуда вышли. …Когда болезнь тяготит нас, не надобно нам скорбеть о том, что от боли и ран не можем петь псалмы устами. Болезнь и раны служат к истреблению похотений; а пост и земные поклоны предписаны нам также для укрощения страстей. Если же болезнями исторгаются страсти, то не о чем заботиться. Великий подвиг – терпеливо переносить болезни и среди них благодарить Господа»[8].

Многие поучения преподобной Синклитикии вошли в «Митерикон» – первое наиболее полное письменное руководство женского аскетизма. Сборник душеполезных поучений для инокинь содержит пояснения внешнего чина иноческой жизни, изречения святых жен-подвижниц и наставления аввы Исаии о внутренней жизни, подобающей безмолствующим.

Особенно авва Исаия упреждает против принятия горделивых помыслов, уча всякую добродетель совершать сокровенно, не считая, что сделал что-то сверх должного.

Преподобные отцы и матери оставили нам богатейшую сокровищницу духовной мудрости, основанную на их личном опыте преображения ветхого человека. Но пользоваться этим сокровищем необходимо с известным рассуждением, ибо пища, полезная для взрослого здорового человека, может оказаться губительной для больного младенца, каким является современное общество, как в физическом, так и нравственном понимании.

И если в первые века христианского подвижничества монашествующие словно орлы взлетали к крутым скалам духовной брани и побеждали в ней, то сегодняшнее монашество по большей части представляет собой истерзанных коршунами птенцов, брошенных в ущелье, нередко – имеющих вид монашествующих, духа же Его отрекшихся (ср.: 2 Тим. 3:5).

Отчасти это проявляется и в самих мотивах, которые зачастую побуждают современных людей к приходу в монастырь – отнюдь не искание «жестокого жития», воспеваемого в молитвословиях святым преподобным, как удобнейшего пути к покаянию и духовно-нравственному восхождению «в достоинство чад Божиих» (ср.: Ин. 1:12), а в поисках все того же комфорта и устройства земной жизни; в поисках человеческого участия, обеспеченного жилища и гарантированного куска хлеба, а кто-то идет и того дальше, требуя от сестер и самой настоятельницы исполнения своих прихотей.  

И даже ту, которая приходит в монастырь с благочестивым побуждением, может постичь разочарование, как скоро она увидит иную сторону жизни обители – со всеми немощами ее насельниц – весьма отличительную от той стороны, что открывается обычно взору паломниц. К сожалению, некогда высказанное преподобным Серафимом Саровским, что настоящий монах должен быть как лапоть истоптан, с трудом сегодня применяется к нам практически. Одно дело умиляться на кротость святых жен, несших великие труды и подвиги, а паче подвиг смирения, и другое дело – подлинно смиряться самой. Видение одного своего «попранного Я» приводит к другой беде монашествующих – мнительности. И если решительно не отвергнуть молитвой, покаянием, рассуждением с духовником и советом матушки настоятельницы всякое саможеление и самолюбие, то велика опасность превращения духовной жизни в ее игру, о чем упреждал архимандрит Иоанн Крестьянкин[9].

В то же время настоятельницам современных монастырей важно осознавать глубину духовной и физической немощи своей и сестер, и действовать с рассуждением и деликатностью, имея перед глазами Самого Христа, явившего пример великого долготерпения, уважения и милосердия к людям; помнить, что монастырь по своему устройству подобен семье, где каждая обида и невнимательность – переживаются особо остро.    

Имея пред мысленными очами пример подвигов святых преподобных игумений, таких как преподобномученица Евдокия (II век), преподобные Елисавета Константинопольская (V век), Ефросиния Полоцкая (XII век) и другие, нужно стремиться не только к успешному ведению монастырских строек, ремонтных работ и устроению быта, но прежде всего – к исполнению данных монашеских обетов, по слову Спасителя: «…сие надлежало делать, и того не оставлять» (см.: Мф. 23:23-25); помнить, что Господь поставил Вас матерью над сестрами, а не администратором, надсмотрщицей или предпринимательницей.

Каковы бы ни были реалии современного времени, монастыри по-прежнему призваны быть сокровищницами истинной веры, молитвенным фимиамом за мир, нравственной лечебницей, как определили их назначение святые Отцы Церкви. «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13:8), дело – за нашей решимостью отвергнуться себя, взять крест свой и следовать за Христом (ср.: Мк. 8:34).

Святые отцы и жены разработали правила подвижничества, создали практическую аскетическую литературу, испытали опытно различные формы устроения иноческой жизни. Современным монашествующим остается вобрать, усвоить полноту и цельность аскетической традиции и вместе с тем выбрать из ее внешней части то, что наиболее соответствует новым социокультурным условиям и физическому состоянию здоровья.

Повышение духовно-нравственного состояния монашества принесет неоценимое благодеяние не только обителям, всей Матери Церкви, но и Отечеству, ибо может оказать действенное влияние на сохранение нравственного христианского идеала в современном обществе, все глубже уходящем в пучину неоязычества.

В завершение хотел бы пожелать вставшим сегодня на узкий и тесный путь иноческой жизни, и особенно всечестным настоятельницам и игуменьям, молитвенной помощи святых преподобных дев и жен в непрестанном бодрствовании над собой, да когда приидет Спаситель, встретили бы Его в молитвенном горении души, исполненной елеем Благодати.  

Покров и заступление Первой Монахини и Великой Игумении – Пресвятой Богородицы Марии – да будет со всеми нами.

[1] Свт. Феофан Затворник. Напоминание всечестным инокиням о том, чего требует от них иночество. [Электронный ресурс: https://azbyka.ru/otechnik/ Feofan_Zatvornik/napominanie- vsechestnym-inokinjam].
[2] Архиеп. Аверкий (Таушев). Торжество девства и хула на девство. [Электронный ресурс: https://azbyka.ru/otechnik/ Averkij_Taushev/sovremennost- v-svete-slova-bozhija-slova-i- rechi/1_23].
[3] Свт. Филарет Московский (Дроздов). Учение о девстве. [Электронный ресурс: https://azbyka.ru/otechnik/ Filaret_Moskovskij/uchenie-o- semejnoj-zhizni/#0_4].
[4] Мч. Иустин Философ. Апология I, стр. 3.
[5] Письма игумении Таисии к новоначальной инокине о главнейших обязанностях иноческой жизни. [Электронный ресурс: http://kanonizacia.cerkov.ru/ pisma-igumenii-taisii-k- novonachalnoj-inokine-o- glavnejshix-obyazannostyax- inocheskoj-zhizni/].
[6] А. Л. Хосроев. Пахомий Великий. Из ранней истории общежительного монашества в Египте. [Электронный ресурс: https://azbyka.ru/otechnik/ Pahomij_Velikij/pahomij- velikij-iz-rannej-istorii- obshhezhitelnogo-monashestva- v-egipte/].
[7] Свт. Афанасий Великий. Наставления деве. [Электронный ресурс: https://k-istine.ru/library/ afanasiy_velikiy-02.htm].
[8] Свт. Филарет Черниговский (Гумилевский). Святые подвижницы Восточной Церкви. [Электронный ресурс: https://azbyka.ru/otechnik/ Filaret_Chernigovskij/svjatye- podvizhnitsy-vostochnoj- tserkvi/].
[9] Письма архим. Иоанна (Крестьянкина). О духовничестве. [Электронный ресурс: https://www.pravoslavie.ru/ put/biblio/pisma1/pisma01.htm] .